Заявка на консультацию

Это поле обязательно для заполнения
Это поле обязательно для заполнения

Ваши данные используются только для связи с Вами.

Жалобы в ЕСПЧ по некоторым массовым нарушениям в уголовных делах

Жалобы в ЕСПЧ по некоторым массовым нарушениям в уголовных делах

Среди мифов о Европейском Суде по правам человека есть и такой: якобы ЕСПЧ рассматривает только «политические» или резонансные дела. Это не так. В практике ЕСПЧ давно выработаны подходы по таким обычным для многих уголовных дел вопросам как свидания подзащитных, находящихся под стражей, с родственниками; содержание подсудимых в клетках и «аквариумах» во время судебного разбирательства; обеспечение конфиденциальности общения подзащитных с адвокатами; проведение судебного разбирательства в закрытом судебном заседании. Их можно использовать и в национальных судах, и при составлении и подаче жалоб в ЕСПЧ. Напомню, что важно правильно фиксировать эти нарушения и качественно писать жалобы в ЕСПЧ – тогда и шансы на успех будут выше.

Свидания подзащитных, находящихся под стражей, с родственниками

Один из широко известных способов давления на содержащихся под стражей обвиняемых, которые не дают нужные правоохранительным органам показания, – отказ следователя выдать разрешение на свидания с родственниками. Желанию следователя «расторговать» такое разрешение на признательные показания можно противопоставить следующее.

Статья 8 Конвенции требует от государств учитывать интересы обвиняемого и членов его семьи и оценивать их не в общих чертах, а применительно к конкретной ситуации. Однако статья 18 Федерального закона №103-ФЗ не учитывает такие интересы должным образом. Регулирование вопросов, связанных с посещением обвиняемого родственниками, не может сводиться к единообразному формальному подходу, и государствам следует совершенствовать технику оценки пропорциональности тех или иных мер, позволяющую властям взвесить противоположные личные и общественные интересы и учитывать особенности каждого дела (например, тот факт, что заключенный является несовершеннолетним) (§ 48 постановления по делу «Андрей Смирнов против России» от 13 февраля 2018, жалоба № 43149/10).

Неограниченное усмотрение следователя разрешать или отказывать в посещении лица, находящегося под стражей, лишает заявителя минимальной степени защиты от произвола или злоупотреблений, на которую граждане имеют право в соответствии с принципом верховенства права в демократическом обществе (§ 42 постановления по делу «Андрей Смирнов против России» от 13 февраля 2018, жалоба № 43149/10).

За несоответствие международным подходам критиковалась и распространённая российская практика, когда во время свидания обвиняемый и его родственники разделены стеклом и/или разговаривают только по телефону под контролем охранника. ЕСПЧ особо подчеркнул, что разделение посетителей перегородкой, препятствующей физическому контакту, является неоправданным при отсутствии конкретных доказательств реальной и постоянной опасности задержанного для посетителей или наличия риска какого-либо сговора между ними либо угрозы дестабилизации работы учреждения (§60 постановления по делу «Чалдаев против России» от 28 мая 2019 года, жалоба №33172/16).

Помимо практики ЕСПЧ доводы стороны защиты можно усилить и правовыми позициями Конституционного Суда РФ (Определения №1053-О-О от 01.10.2009 и №176-О от 13.06.2002).

Содержание в клетках и «аквариумах» во время судебного разбирательства

Европейский Суд считает, что содержание под стражей лица в металлической клетке во время судебного разбирательства само по себе – ввиду его объективно унижающей достоинство природы, несовместимой со стандартами цивилизованного поведения, служащими приметой демократического общества, – является оскорблением человеческого достоинства в нарушение статьи 3 Конвенции (§ 138 постановления по делу «Свинаренко и Сляднев против России» от 17 июля 2014, жалобы № 32541/08, 43441/08).

Чуть более мягок подход ЕСПЧ для случаев, когда обвиняемый содержится не в клетке, а в «аквариуме» – прозрачном боксе.

Европейский Суд полагает, что стеклянные кабины не выглядят так жестко, как металлические клетки, один лишь вид которых способен создать у зрителей неблагоприятное впечатление о подсудимом и вызвать в нем чувства унижения, беспомощности, страха, боли и собственной неполноценности. Европейский Суд согласен, что, вообще говоря, содержание подсудимых за стеклянными перегородками или в стеклянных кабинах само по себе не предполагает унижения, достаточного для того, чтобы достичь минимального уровня жестокости, как при содержании в металлических клетках. Однако этот уровень может достигаться, если все обстоятельства их содержания в таких местах, взятые в совокупности, причиняют им страдания или лишения, превышающие неизбежный уровень страданий заключенного под стражу лица. В связи с этим Европейский Суд тщательно рассматривает все обстоятельства содержания заявителей в стеклянных кабинах с целью установить, действительно ли условия их содержания там в совокупности достигли минимального уровня жестокости, который требуется для того, чтобы обращение считалось унижающим достоинство по смыслу статьи 3 Конвенции (§ 124-125 постановления по делу «Ярослав Белоусов против России» от 4 октября 2016, жалобы № 2653/13 и 60980/14.).

Остаётся добавить, что содержание в клетке/«аквариуме» в суде первой и апелляционной инстанции (вне зависимости от промежутка между ними) рассматривается как «непрерывная ситуация» для целей расчёта шестимесячного срока на подачу жалобы в ЕСПЧ, а средняя компенсация, присуждаемая за содержание в клетке/«аквариуме», составляет 7500 евро.

Конфиденциальное общение подзащитных с адвокатами в судебном заседании

Уважение конфиденциальности контактов адвоката и клиента крайне важно в контексте п. 1 и подп. «c» п.3 ст. 6 Конвенции. Право обвиняемого на общение со своим адвокатом за пределами слышимости третьего лица является частью базовых требований к справедливому судебному разбирательству. Если адвокат не может совещаться со своим клиентом и получать от него конфиденциальные инструкции без наблюдения посторонних лиц, его помощь теряет значительную часть полезности, в то время как Конвенция предназначена для того, чтобы гарантировать практические и эффективные права (§ 627 постановления по делу «Ходорковский и Лебедев против России» от 25 июля 2013 года).

Вмешательство в привилегию отношений адвоката с клиентом необязательно требует фактического перехвата информации или подслушивания. Основанная на разумных основаниях уверенность в том, что их обсуждение прослушивалось, по мнению Европейского Суда, может быть достаточной для ограничения эффективности помощи, которую адвокат мог оказать (§ 86 постановления по делу «Уразов против России» от 14 июня 2016 года, жалоба №42146/05).

Иными словами, если размещение обвиняемого в клетке/«аквариуме» вкупе с нахождением судебного пристава или полицейского в зоне слышимости создаёт у адвоката и его подзащитного неудобства для конфиденциального общения и основания опасаться подслушивания, а национальный суд не реагирует на заявления стороны защиты об этом – это может рассматриваться как нарушение права на справедливое судебное разбирательство.

Проведение судебного разбирательства в закрытом судебном заседании

Европейский Суд неоднократно подчёркивал, что  организация публичного судебного разбирательства представляет собой фундаментальный принцип, закрепленный в п.1 ст.6 Конвенции. Это защищает стороны от тайного отправления правосудия в отсутствие общественного контроля; кроме того, это одно из средств поддержания доверия к суду. Законность отправления правосудия, в том числе судебного процесса, вытекает из его публичного характера. Делая отправление правосудия транспарентным, публичность содействует достижению цели п.1 ст.6 Конвенции, а именно справедливого судебного разбирательства, гарантия которого является одним из фундаментальных принципов демократического общества в значении Конвенции (§ 24 постановления по делу «Крестовский против России » от 28 октября 2010, жалоба №14040/03).

В ряде постановлений ЕСПЧ сформулировал несколько положений, которые следует использовать при оценке соразмерности ограничения права на рассмотрение дела в публичном судебном разбирательстве:

  • тяжесть обвинения не предопределяет проведение судебного разбирательства в закрытом режиме;
  • соображения безопасности сами по себе не оправдывают удаление публики из зала судебного заседания;
  • наличие в деле документов с грифом «секретно» не означает, что необходимо проводить всё судебное разбирательство в закрытом режиме;
  • именно председательствующий судья должен постоянно проводить оценку необходимости запрета публике находиться в зале суда и обеспечивать прозрачность разбирательства в максимально возможной степени;
  • само по себе отсутствие потенциальных посетителей, желающих присутствовать на слушаниях, не означает, что они фактически имели возможность присутствовать на них;
  • ситуация с непроведением открытого слушания дела в суде первой инстанции может быть в принципе исправлена в вышестоящих инстанциях, но только при условии полноценного полного повторного слушания – фактически по правилам первой инстанции, с представлением и изучением всех доказательств.

Полный текст статьи опубликован в «Адвокатской газете» №2 и №3 за 2020 год.