Переоценка доказательств в практике кассационных судов общей юрисдикции

Осуждённые и адвокаты часто получают такой ответ на доводы, связанные с вопросами доказывания и доказательств: «доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств». В ранее действующем постановлении Пленума ВС РФ №2 от 28.01.2014 года в п.10 было прямо закреплено: «Доводы кассационных жалобы, представления, если в них оспаривается правильность установления судом фактических обстоятельств дела (вопросы факта), проверке не подлежат». Изучение практики кассационных судов, действующих с 1 октября 2019 года, показывает, что они хотя и не часто, но входят в обсуждение доказательств. Для этого есть несколько способов, но можно ли их применить (и если можно – то каким именно образом) в той или иной ситуации зависит от материалов конкретного дела, а также от того, что было сделано на предыдущих стадиях уголовного процесса.

Первый способ: ссылка на нарушение правил оценки доказательств.

Например, рассматривая дело в отношении А., осуждённого по ч.1 ст.111 УК РФ, Первый кассационный суд общей юрисдикции обратил внимание на то, что нижестоящие суды оценили показания свидетелей без учёта результатов судебно-медицинской экспертизы. По версии обвинения, в ходе конфликта А. умышленно нанес не менее трех ударов кулаком в лицо потерпевшему, причинив ему ушибленную рану нижней губы, ссадины в височной, лобной и щечной областях, от чего потерпевший упал на спину на асфальтовое покрытие, получив закрытую черепно-мозговую травму. Напротив, А. утверждал, что потерпевшего он не бил, во время конфликта оттолкнул его от себя руками, толчок был не сильный, однако потерпевший был пьян и, не удержавшись на ногах, упал. Умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего у него не было, а потерпевший упал не от его толчка, а от того, что находился в состоянии алкогольного опьянения.

Отменяя обвинительный приговор и апелляционное определение, Первый кассационный суд общей юрисдикции подчеркнул: «Оценивая показания свидетелей, суд должен был учитывать все представленные стороной обвинения доказательства, в том числе заключения судебных медицинских экспертиз. <…> Согласно данному заключению, учитывая локализацию очагов ушиба головного мозга (в лобных и височных долях обоих полушарий), закрытая черепно-мозговая травма могла образоваться от удара движущейся головы о неподвижный тупой твердый предмет с неограниченной контактирующей поверхностью, что могло быть реализовано в условиях падения из вертикального положения или близко с таковым, с последующим ударом, предположительно затылочной областью о плоскость. Данные выводы подтвердил и допрошенный в судебном заседании эксперт. Также, мотивируя выводы о квалификации действий А. по ч. 1 ст. 111 УК РФ, суд в приговоре не привел бесспорных и непротиворечивых доказательств, свидетельствующих об умысле осужденного на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Не исследовался судом и вопрос о противоправности поведения потерпевшего, каких-либо суждений об этом в приговоре не приведено» (Кассационное определение 1 КСОЮ от 25.03.2020 года по делу №77-387/2020).

Второй способ: оценка доказательств с точки зрения их допустимости и недопустимости.

Суды кассационной инстанции переоценивали доказательства и с точки зрения их допустимости – такие полномочия прямо предусмотрены п. 16 постановления Пленума ВС РФ №19 от 25.06.2019 года, согласно которому доводы жалобы, представления на недопустимость доказательства, положенного в основу обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, повлиявшего на выводы суда относительно фактических обстоятельств дела, требуют проверки.

Таганский районный суд г.Москвы признал М. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ. Московский городской суд оставил приговор без изменения. Второй кассационный суд общей юрисдикции отменил судебные акты нижестоящих судов и прекратил производство по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии М. состава преступления, переоценив показания «закупщика» О. следующим образом: «Не могут свидетельствовать о наличии сведений о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного [М.] противоправного деяния и показания свидетеля О., на которые суд сослался в приговоре, из которых следует, что после его задержания с амфетамином, который он приобрел через сеть «Интернет» у лица по имени Денис, оперативные сотрудники для смягчения его ответственности за содеянное предложили сотрудничать с ними, он согласился оказать помощь сотрудникам ОУР ОМВД по Таганскому району г. Москвы в изобличении любого известного ему лица как распространителя наркотических средств. При этом, как показал свидетель О., он стал звонить и писать М. и Денису сообщения, в которых содержалась просьба привезти ему наркотики. Денис не отвечал, а М. ответил только на следующий день. В связи с тем, что осужденный М. плохо шел на контакт, сотрудники полиции сказали ему, О., выдвинуть предложение о покупке 2 грамм амфетамина вместо 1 грамма и готовности заплатить еще 1000 рублей за дорогу для того, чтобы М. точно приехал. По просьбе оперативных сотрудников, он обратился к осужденному с просьбой продать ему амфетамин. М. ответил согласием, однако, когда они встретились, то осужденный сообщил, что у него нет амфетамина, и если он хочет, то сможет сам забрать закладку. Он, О., не согласился, попросил М. привезти ему амфетамин и отдал деньги. Осужденный уехал, а вернувшись через некоторое время, передал ему наркотик. Как показал свидетель, раньше покупал наркотики он через знакомого – Дениса, а последний через Интернет-магазин.

Таким образом, из показаний свидетеля О. следует, что он неоднократно звонил и писал М., уговаривая, таким образом, привезти и продать ему амфетамин, действовал он по инструкции, которую ему дали сотрудники полиции. Именно по просьбе оперативных сотрудников он согласился обратиться к М. При этом каких-либо сведений о том, что М., имея при себе психотропное вещество, намеревался его сбыть О. или какому-либо иному лицу, в материалах дела не содержится.

Данных, свидетельствующих о том, что М. ранее совершал аналогичные преступления в отношении других лиц, в материалах дела не имеется, не приведены они и в приговоре» (Кассационное определение 2 КСОЮ от 25.06.2020 года по делу №77-1008/2020).

Третий способ: анализ правовой квалификации, обстоятельств, исключающих преступность деяния, и т.п.  

Важно помнить, что кассационные суды вправе изменять правовую квалификацию (оценку содеянного по определённой статье Особенной части УК РФ), указанную в приговоре и апелляционном определении (постановлении). При этом если жалоба подана только осуждённым или его адвокатом, а прокурором или потерпевшем приговор не обжаловался, положение осуждённого в любом случае не может быть ухудшено. Поэтому сторона защиты может выдвигать доводы о том, что в действиях осуждённого усматривается более мягкий состав преступления, без какого-либо риска.

Второй кассационный суд общей юрисдикции переквалифицировал действия Д. с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.1 ст.108 УК РФ. При этом суд указал: «Выводы суда [первой инстанции] о мотиве преступления, т.е. совершении Д. убийства из личных неприязненных отношений, возникших во время ссоры при распитии спиртных напитков, не только не подтверждаются собранной по делу совокупностью доказательств, но и противоречат им. <…>

Показания Д. подтверждаются: показаниями ее дочери, которая сообщила, что после распития спиртных напитков все разошлись по своим комнатам и легли спать, проснулась она только в 2-3 часа ночи, когда услышала крики матери о помощи, придя на кухню, она увидела, что потерпевший был еще жив; показаниями свидетеля  о том, что Д. сообщила ей о том, что случилось примерно с 3 час. 00 мин. до 4 час. 00 мин. ночи, а также заключением судебно-медицинского эксперта об образовании телесных повреждений у Д. в пределах получаса до наступления смерти, возможно в краткий промежуток времени, исчисляемый минутами.

Показания осужденной о том, что именно потерпевший сам пришел в полуобнаженном виде к ней на кухню, где она спала, подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в комнате был обнаружен труп мужчины, обнаженного по пояс, а пятна бурого цвета (согласно заключению эксперта – крови потерпевшего) обнаружены не только в комнате, но и на кухне, на матрасе кровати, на которой спала Д.

Показания Д. о том, что потерпевший, нападая на нее, наносил ей удары, в том числе, по голове, при этом она находилась ниже него, сидя на раскладушке, объективно подтверждаются актом, согласно которому при поступлении Д. в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России у нее имелись: гематома левой скуловой области, гематома правого плеча, предплечья, гематомы левого плеча. <…>

Таким образом, указанный в приговоре мотив преступления – убийство из личных неприязненных отношений, возникших во время ссоры при распитии спиртных напитков, представленными стороной обвинения и приведенными судом в приговоре доказательствами не подтверждается. Оценивая все вышеприведенные доказательства в их совокупности… судебная коллегия приходит к выводу что действия осужденной носили оборонительный характер, поскольку имело место реальное посягательство на ее здоровье и у нее имелись основания для вывода о том, что потерпевший продолжит свои насильственные действия» (Кассационное определение 2 КСОЮ от 28.04.2020 года по делу №77-467/2020).

Полный текст статьи опубликован в №11 журнала «Уголовный процесс» за 2020 год.

Адвокат Никонов Максим Андреевич

Если Вам нужна помощь адвоката по уголовному, семейному, гражданскому праву – Вы можете позвонить по телефону 8-910-188-73-21 либо написать на электронную почту nikonov@33advokat.ru или в telegram.